olgana (olgana) wrote,
olgana
olgana

Categories:

День Рождения

Сегодня у моей старшей дочурки день рождения.
А у меня день воспоминаний, воспоминаний о ее рождении.
Это было в 1973 году, я из того поколения, которое не привыкло делиться интимными подробностями своей жизни.  Но, поскольку это уже почти мемуарная история, то я ее расскажу.
Посещение женской консультации я оттягивала как можно дольше.  И хотя я совсем не тот человек, который надеется на естественный процесс, идти к врачу это была почти пытка.
Нет, мне там никто не делал ничего плохого, все было обычно и здание поликлиники было новое и удобное.  Но вот ощущения унижения и грубости присутствовали всегда.
Тон врача и медсестры такой назидательно- грубоватый, с легким оттенком хамства, даже когда они проявляли якобы заботу обо мне. Не стесняясь, высказывали свои подозрения, что я обманула их в сроках, что делаю что-то неправильно, а их обманываю. Стойкое нежелание отвечать на мои вопросы, типа, ты что самая умная?  Зачем тебе это знать?
Полное отсутствие уединения во время осмотра, все открыто, двери открываются и закрываются, заходят разные медработники, куча посторонних разговоров между ними.
Вынужденное долгое сидение в очередях, когда уже сидеть нет сил, а уборщица что-то раздраженно ворчит и бесконечно елозит шваброй по ногам.  Неопрятные туалеты.  Многочисленные плакаты на стенах, призывающие женщин не быть убийцами.
Вся эта атмосфера женской консультации вызывала у меня глубокое неприятие и внутренний протест.  Неудивительно, что я избегала этих посещений, как только могла.
А после того, как получила от врача необходимые бумаги на предродовой декретный отпуск, вообще перестала туда ходить.  И не открывала дверь медсестре, которая приходила ко мне домой.  Надо ли говорить, что никакого обучения будущих мам тогда и в помине не было.
Должна сказать, что я чувствовала себя хорошо, делала все то, что делала всегда сама, и полы мыла и сумку с продуктами носила по 10 – 15 кг и мне и в голову не приходило, что может случиться что-то плохое. Да и вообще, я была полностью уверена, что будет все хорошо, так оно и было.
Муж мой в то время отбывал воинскую службу после института. Я очень хотела, что его направили куда-нибудь подальше служить, а не в степи Казахстана.  Его и отправили.  На Камчатку и я была счастлива.
Жила я тогда с родителями, которые были на работе весь день.
Но как долго не гуляй, неизбежно приходит пора рожать.  Ко мне она приходила долго. Схватки у меня длились несколько дней. Довольно тяжко, но терпимо.
И вот хватает меня хватает меня целый день, я дома одна и решила – пойду ка я в роддом. Роддом был недалеко от моего дома, минут 15 пешком.
И я пошла туда сама. Пришла, а там говорят мне, что роддом закрыт на помывку, откроется завтра.  Правда спросили, нужно ли мне вызвать скорую помощь или я сама пойду?
Я сказала, что сама.  Люблю я все сама и сама.
И я пошла домой.
Вечером все-таки решили, что не стоит мне оставаться дома на ночь и мама отвезла меня в другой роддом.
Прибыла я туда поздно вечером, а там не роддом, а дурдом.
В предродовой палате нас было 9 человек.  Все охают, кричат, мужей проклинают.
Меня по-прежнему хватает, и я хожу и хожу взад и вперед по коридору и палате и хватаюсь за поясницу, так становилось легче.
Потом началось.  По коридору не ходи!  Иди в палату!  По палате не ходи!  Иди ложись.
Я присела на кровать.  Опять крик: Ты на чем сидишь?!  Ты на голове ребенка сидишь!
Я прилегла.
Впереди меня была кровать крупной и сильной женщины- геолога.   Она в полузабытьи стонала громко и басом и била кулаком в стену.  Ее кулак, казался мне молотом.
Все женщины родили той ночью, наступило утро, и я осталась в палате одна.
Утром пришла санитарка убирать палату и начала громко бубнить, что все порядочные женщины зачинают детей ночью и ночью их рожают и косилась на меня как на непорядочную.
Потом пришли в палату врачи и стали проводить там собрание. Они разбирали ночные роды всех рожениц.
А я все делаю круги по палате и периодически хватаюсь за поясницу. Ну и слушаю врачей.
А они обсуждают каждую историю, кто-то переболел гриппом в начале беременности, могут быть-таки и такие осложнения с ребенком, а другая переболела гриппом в конце беременности – у ребенка может быть это, это и это.
Я все слушаю, мне жутко интересно, пока не услышала чей-то голос: Что-то Наташа совсем перестала за поясницу хвататься, может у нее схватки прекратились?
Где-то в час дня я бежала в родовой зал и взлетела на родильный стол.  В буквальном смысле.
Акушеркой, принимавшей роды, была тетя моего мужа, к которой мне попадаться совсем не хотелось.
Она сладко что-то щебетала, сказала, что у меня не эластичные ткани и разрезала мне промежность.  Как я понимаю сейчас, она облегчила свою работу, поскольку не была профессионалом, и сильно усложнила мне жизнь.
Но вот все позади и мне показывают мою оливкового цвета сладенькую дочку.
Морили меня в роддоме еще целую неделю.
Говорили, что пуповина у дочки все не отпадает.   Младенцев приносили только на кормление.  С кем я была в большой палате после родов, я абсолютно не помню.
Помню, что было довольно шумно, единственный туалет на этаже, и постоянная толпа под окнами.
В результате всех выписали, а я оставалась, палату готовили к приему новой партии рожениц, а меня выселили в коридор на неудобную тахту.
Тут я взъерепенилась и сказала, что на такой тахте больше спать не буду.
И меня выписали.
Дома, первым делом, я выкупала дочку.  По моему ее там не разу не мыли, с нее сошла куча ошметков кожи.
И она стала похожа на очаровательного младенца. 

olga2_
Tags: семья
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments